АФИША НА СЕГОДНЯ / ЗАВТРА
Современный театр: как выбирать и как смотреть...

Текст: Наталья Паначёва.

© Simon Hallström / ICONIQ Studio G

© Simon Hallström / ICONIQ Studio G

17 ноября открылся 15 ежегодный международный фестиваль «Новый европейский театр» (NET). На сцене центра им. Мейерхольда был показан спектакль швейцарского режиссера Кристофа Марталлера “KING SIZE”, премьера которого состоялась не так давно – 8 марта 2013 г. в Базеле.

В российских театрах перед началом спектакля обычно просят отключить мобильные телефоны, а здесь наоборот на разных языках звучали призывы к включению и созданию всякого рода помех: громко кашлять и целоваться с человеком, независимо от его пола. Такое начало не могло не вызвать смех зала, что настроило на более расслабленное восприятие самого спектакля.

Спекталь обещал энгармонические изменения, кровать размером king-size, а также некое действо, которое бы прояснило значимость этого объекта. Режиссер Кристоф Марталлер, имеющий музыкальное образование,  наполнил музыкой и сам спектакль. В нем преобладающей формой высказывания является спетая фраза, отдельно или дуэтом, а также сыгранная на фортепиано. Интересно, что произведения исполняются на разных языках – немецком, английском, французском.

Кровать – то место, куда каждый человек рано или поздно возвращается. Размер king size позволил уместиться троим героям спектакля одновременно без запуска механизма активного взаимодействия. Такое соприсутствие в реальной жизни вероятнее испытываешь в переполненных пространствах большого города.

Ритм спектакля задается музыкальным исполнением в первую очередь, а также переодеваниями героев и их уходами в шкаф и появлениями из него. Одной из основных особенностей нового европейского театра является то, что на сцене не боятся показывать тело таким, какое оно есть и жизненные процессы с ним связанные, такие как прием пищи. Спектакль начинается с типичного утра любого человека, который просыпается, чистит зубы, снимает пижаму и надевает костюм, идет на работу. Исключение заключается, наверное, в том, что герой при этом постоянно что-то поет.

Смех в зале оказывается вызван и текстом, и телом. Над сценой появляются русские субтитры с откровенным текстом, отсылающим к  телесному. При этом герои находятся в статичном положении и никак не иллюстрируют произносимую речь. В другом случае, они поют о возвышенном, о любви, но с красивыми движениями у них что-то не то. Это вызывает смех у зрителя, который привык видеть классические постановки с отточенным соответствием «слога» и движения.   

В этом спектакле всего четыре героя, но они практически не замечают друг друга, не разговаривают, когда казалось бы по-другому нельзя. Они лежат в одной кровати, они физически близки в этом пространстве, но далеки духовно. Человек приходит в этот мир один, и уходит из него один. А жизнь – это лишь череда сменяющихся картинок, спетых песен, ночей, проведенных во сне и неисполненных желаний. Дама в возрасте еще более отдалена от поющей троицы. Она с трудом карабкается на стул и пытается открыть шкаф наверху, но не может. Она медленным неуверенным жестом собирает пюпитр, но на нем так и не появляются ноты, он используется лишь как подставка для книги. Она говорит, что  самая большая ошибка – спеть слишком рано. Рано здесь становится синонимом никогда. 

Предыдущая записьКак флейта спасет мир. Следующая записьМосковские спектакли-номинанты на премию "Золотая маска". Спектакль малой формы и номинация "Эксперимент".
Яндекс.Метрика